Ограничений нет

“Стеклянный потолок всегда в тебе. Стеклянный потолок — это сознание”.

Питер Уоттс. “Ложная слепота”.

Нет никаких других ограничений кроме тех, что мы придумываем себе сами. Рассказываем изо дня в день, из года в год истории, верим в них, разводим ритуальные кострища и сжигаем на них свои мечты, желания и души. Ветер уносит прах нас настоящих, живых, счастливых. Вместо нас появляются глиняные големы, куклы с нашими лицами. Куклы живут, функционируют, улыбаются и заставляют окружающих верить в свое существование, в то, что кукла – это что-то настоящее. Нет-нет, вам не показалось, к черту зловещую долину!

Столько времени потребовалось мне, чтобы подползти к осознаванию потолка, в который я уперся. Этот потолок я сам выдумал, я в него поверил. И верил бы дальше, если бы не три часа задушевных бесед и винишко. Психотерапия и коучинг меня к этому, конечно, подготовили. Но дверь, которую я так долго искал, нашлась совсем не там. Совсем.

Каждый день мы рассказываем себе истории. О нас самих, о других, о мире за пределами черепной коробки. Мы придумываем смыслы, потому что иначе просто сойдем с ума от бессмысленности всей этой затеи. И эти смыслы часто ложные, очень ограничивающие. Эти смыслы нашептали нам чудовища, что жили у нас в детстве под кроватями и скелеты в наших взрослых шкафах. Нет там нас и никогда не было.

Каждый день мы придумываем себе ограничения. Чтобы загнать в стойло свою душу, иначе мы перестанем быть удобными в первую очередь для самих себя. Я обложил себя таким диким количеством ограничивающих убеждений, настолько сильно окопался в идеях, что внедрились в сознание, словно вирусы, за последние тридцать-мать-его-семь лет, что в пору делать классификацию. Но это не ко мне, хватит.

Каждый день мы придумываем новые страдания. Господи, но зачем это все и в таком количестве? Ад совсем не там, где все предполагают. Он совсем рядом, в префронтальной коре. Ошибка эволюции, генетическая аномалия. Что делать с этим недоразумением? Учиться жить с шестью тысячами мыслей в день, конструктами и когнитивными ошибками, локальными психозами и неврозами, травмами и навязчивыми идеями, целой толпой субличностей и микроидентичностей. С самим собой. Изо дня в день, из года в год. До самого финиша.

Каждый день я удивляюсь, как килограмм нейронов и жидкости формируют небольшую индивидуальную вселенную с ее локальными вселенскими катастрофами, сверхновыми и черными дырами. Как эта вселенная на ночь скармливает сама себя лангольерам и утром, словно Феникс, восстает из пепла. Как моделирует внутри самой себя реальность и как ее разрушает. Это ли не чудо? Это ли не проклятие?

Что со всем этим делать? Да кто его знает. Но винишко и чудесный собеседник порой отлично помогают найти потаенные тропинки среди векового синаптического леса. Только вот засада, тропинки могут вести прямо к волчьему логову. Но волков боятся – в лес не ходить?