Письменные практики и утренние страницы

Новая привычка, которую я прокачиваю в этом месяце – утренние страницы. Отличная терапевтическая и творческая практика. Правила просты: каждое утро я завожу таймер на 25 минут и пишу обо всем на свете. Никакой критики, можно писать с ошибками, как попало. Поток мыслей. Обычно я успеваю исписать 3 листа в молескине. Да, лучше писать от руки. 

Об этой практике я узнал давно. О ней писал Армен Петросян, а еще Джулия Кэмерон в своей книге «Путь художника». Но каждый раз находились миллион причин, чтобы не писать. То утро было слишком загружено, то тетради под рукой не было, то настроение было плохое. Классический пример саботажа внедрения новых привычек. Но в этот раз что-то щелкнуло и я начал писать. Отслеживаю прогресс с помощью чудесного приложения Streaks. 

Какая польза от утренних страниц? Я выделю основную – развитие чувствительности к своим потребностям. Через письмо можно отловить переживания и мысли, которые ускользают от внимания. 

Это как диалог с терапевтом, в котором нет терапевта. А еще могут синтезироваться новые идеи. Совершенно внезапно. Ну и тренируется навык письма, полезность которого, к сожалению, все чаще и чаще ставится под сомнение – на кой черт писать от руки, если можно набрать на клавиатуре? Я думаю, что в письме на бумаге есть некая магия. Это как винил и Apple Music, как пленочная фотография и Инстаграм. Первое – чистое эстетическое удовольствие и некий фетиш; второе – утилитарный инструмент. Но это субъективно, конечно же.

В общем, мне нравится. Это такое концентрированное лично мое время. Медитация, таинство. За 25 минут я нахожу столько всего в голове, что не верится – как это помещается там? Ну и доволен собой, чего уж там.

А еще я нашел идеальное (для меня) приложение для рукописного ввода на iPad Pro (или iPad 2018 года) с Apple Pencil. На днях обновился GoodNotes до пятой версии. До этого я писал в Notability и Nebo. Но не было полного удовлетворения от опыта использования. В этом плане даже родные Notes казались лучше. Но это все было актуально до вчера. Что хорошего в GoodNotes? Интерфейс, алгоритм и набор встроенных инструментов и шаблонов. Ну и сам опыт писанины в приложении радует – он максимально похож на бумагу и ручку. Но лучше.

Только что я исписал три с половиной «страницы» фрирайтинга и мне понравилось! До этого было тотальное отторжение от этой идее. Кроме того, там можно делать сложные документы с фотками, графикой, рукописными заметками. Приложение универсальное, одна покупка для айпада и айфона. Больше вот здесь.

🔗 Ссылки по теме: 

Об оливье, феях и новогодних обещаниях

Иван Сергеевич проснулся поздно. Уже, казалось, и день давно прошел, и солнце вот-вот должно упасть за горизонт, и почему так болит голова? Мимо внутреннего взора проносились безумные картины прошлого. Далекого, как мертвые динозавры, невообразимого, как белокурая пьяная фея… Хотя, фею мозг рисовал с такими интимными подробностями, что Иван Сергеевич начал подозревать неладное. Память буксовала на месте, руки дрожали, левый глаз предательски подергивался, в воздухе чувствовалась некая напряженность и электричество искрилось в розетках – мозг натужно пытался восстановить день вчерашний.

Повернувшись на левый бок, Иван Сергеевич закрыл глаза и положил дрожащую руку на лоб, пытаясь хоть как-то обуздать зарождавшуюся адскую похмельную головную боль. Она начиналась в позвоночнике, медленно тянула свои щупальца вверх и сковывала железной хваткой череп, заставляя его владельца скрежетать зубами и тихонечко стонать. Положение Ивана Сергеевича было незавидным. Но ведь вчера было весело? Фея была и несколько бутылок виски, а потом еще шампанское и что-то неясное, зеленого цвета… О, боги, только не абсент! Такого падения ждать не приходилось, но ведь фея была так весела и бутылка в ее руке того и гляди растворилась в воздухе.

«Нужно пойти в душ и попить водички.» Одинокая мысль с опаской проследовала в сознание, наполняя каким-то призрачным смыслом это позднее (ведь позднее?) утро. «А еще найти часы и понять, где, черт возьми, сигареты.» Курить не хотелось, но деятельность давала надежду. Иван Сергеевич повернулся на спину, посмотрел на потолок, и, не обнаружив там совершенно ничего интересного, рывком поднял верхнюю половину туловища, оказавшись таким образом сидеть на кровати. Небольшая победа в этой битве за пробуждение. Следующие шаги должны быть такими: поставить правую ногу на пол, нащупать там тапочек, обуть его, проделать все то же самое с левой ногой. И на этот раз победа была за Иваном Сергеевичем. «Да как раз плюнуть!» воскликнул он и, будучи неимоверно гордым собой, встал на ноги.

Так резко этого делать не стоило. В глазах тут же потемнело и все вокруг превратилось в дьявольскую центрифугу. Хорошо, что на помощь пришла стена. Иначе последствия наверняка были бы самые печальные. Но, постояв у стены, подышав и сосчитав до 47, Иван Сергеевич выпрямился, потер левый глаз, поправил остатки прически, проверил руки, обернулся и посмотрел с грустью на кровать. Феи не было. Судя по всему, абсента тоже. Но на тумбочке лежала открытая пачка сигарет. В голове появился мучительнейший выбор: заварить крепчайшего черного кофе и выйти на балкон с сигаретой, наполнить легкие табачным дымом да рассмотреть, что же творится там, в мире людей или окатить себя из душа холодной водой. Хотя, оставался еще один вариант: найти телефон, позвонить Никите Адамовичу и справиться за вчерашний вечер и особенно за белокурую фею с абсентом.

Скоростные поезда из мыслей проносились один за другим. Ивану Сергеевичу оставалось наблюдать за плотным движением внутри своей головы и таращиться в окно. Выяснилось, что солнце никуда садиться не планирует. Ведь часы, которые обнаружились почему-то в уборной на крючке для полотенец возле умывальника, показывали 11 утра. «Не все так плохо!» – с этой мыслью на кухне обнаружился кофе, турка и остатки горького шоколаду, что презентовали накануне в конторе. Холодная вода из душа осталась на потом, а пока жилище Ивана Сергеевича наполнялось кофейным ароматом. Головная боль отступила, вчерашний день наполнялся новыми подробностями, от которых становилось, мягко говоря, не по себе.

Так, выяснилось, что после обеда в гостях у Никонора Григорьевича играли в карты, пили домашние настойки и обсуждали внешнюю политику, стучали кулаком по столу, громко спорили и, в конце концов, кто-то кому-то бил морду. Сбежав от политики и драки к своим давним друзьям – чудесной семейном паре из Вждиславля. Они совсем недавно переехали в Новый Галдянск, но уже обросли знакомствами. Не удивительно – люди они были приветливыми, веселыми и умными. И делали совершенно фантастический вишневый ликер по старинному бабушкиному рецепту. С этого ликера и началось безумное приключение. Там была ёлка на центральной площади, какое-то жуткое столпотворение в баре на Малой Бухаренской, мордобой и песни под утро. Потом очередной провал и… белокурая фея. И абсент.

Иван Сергеевич очнулся от накатившего волнения. Сделал несколько телодвижений, обозначив жалкое подобие разминки. Повернулся к подоконнику и увидел там открытую пачку сигарет. Отогнав сомнения, взял одну, посмотрел на нее оценивающе, порыскал глазами в поисках спичек, поджег сигарету и затянулся, как в последний раз. Дым тут же принялся растекаться по кухне, образуя странные сизые завихрения.

«Надо бы позавтракать». Докурив сигарету и сделав глоток кофе, Иван Сергеевич переместился к холодильнику, открыл дверь и недовольно покачал головою. Среди пустых полок стояла накрытая целлофановым пакетом тарелка с оливье. И все. «Откуда ему взяться в моем холодильнике» – эта мысль заставила напрячь память, но никаких следов оливье там не оказалось. «Да и черт с ним!» – воскликнул Иван Сергеевич в сердцах и с силой захлопнул дверцу холодильника. Отошел немного, уставился на белую поверхность агрегата и почесал затылок. Потом, употребив матерное словцо, вышел вон из кухни.

На холодильнике красовался бумажный лист с выведенной от руки надписью: «Начинаю новую жизнь с первого января!».

О редакционном плане

Или Постижение писательского дзена

Я сдался и завел себе его. Это было неожиданно и моему волнению не было предела. Ведь до этого мои творческие связи были такими хаотичными. Отдавался воле случая, предавался гормональным порывам и зависел от настроения легкомысленных муз. Я скрывался от реальности, находя отраду в набегах на текстовый редактор, публикуя послания так, как будто бросал кости.

Меня прельщала судьба сферического писателя в вакууме. Он какал радугой, как волшебный единорог, а бабочки в животе диктовали ему гениальные словесные сочетания, попадающие прямо в душу читателя. Такой писатель непременно получал Пулитцера раз в году и голливудские сценаристы толпились у его скромного жилища в Жмеринке.

Но, увы. Чистое творчество существует в головах инфантильных представителей Homo Creativus. Все остальные давно превратились в изрыгающие буквы машины. В писательстве творчество идет за руку с дисциплиной, усердным трудом, планированием.

Это не значит, что нужно забыть обо всех своих чаяниях и печатать текст, как пьяный комбайнер Гриша в сезон жатвы шурует по полю, пытаясь за сутки нахерачить годовой план и получить орден. Это значит, что нужно воспринимать создание текста, как спланированное творчество. Отводить ему место и время. Назначать свидание своему внутреннему писателю. Писать по строчке, по странице, помалу. Глядишь, наберется на что-то большое и пугающее. Например, книгу.

В моем плане есть намеченные даты публикаций. И перепосты существующих на другие платформы. И темы, ссылки, теги, комментарии, черновики. Я вдруг понял, что больше не могу писать время от времени, не могу скрываться от идей, опыта, мыслей. Буквы, черт возьми, меня преследуют! Они повсюду! Вызовите полицию! Ну или адвоката. Пусть захватит набор юного спасателя.

Бывает такое. Не хочется писать. Но только стоит начать набирать, как текст бежит впереди мысли. Руки печатают сами и глаза только успевают удивляться происходящей магии. Права, права тысячу раз Джулия Кэмерон:

“…все, что мы пытаемся написать, уже существует и вполне реально. Наша задача – откликнуться на зов этой реальности, воспринять ее и описать. Наша задача – быть внимательными.”

Учусь быть внимательным, смотреть немного глубже и немного дальше. Не скрываюсь, к черту маски! Просто пишу и наслаждаюсь.

Photo by Art Lasovsky on Unsplash

27 советов от Хемингуэя: как писать лучше

1. Начни с самого простого
2. Меньше воды
3. Знай, что нужно выбросить
4. Опиши только вершину айсберга, остальное оставь под водой
5. Наблюдай, что происходит вокруг
6. Записывай, что видишь
7. Внимательно слушай
8. Пиши только о том, что знаешь
9. Смотри на слова так, как будто видишь их впервые
10. Упрощай пунктуацию
11. Сожги словарь
12. Не верь целям
13. Научись писать простое повествовательное предложение
14. Расскажи историю в шести словах
15. Превращай поэзию в прозу
16. Читай все и будешь знать, кого нужно победить
17. Не пытайся быть Шекспиром
18. Смирись с простым фактом: идеал недостижим
19. Лови рыбу летом
20. Не принимай алкголь, когда пишешь
21. Заканчивай то, что начал
22. Не волнуйся – ты писал прежде и будешь писать снова
23. Забудь о наследии, думай только о писательстве
24. Пиши так хорошо, как только можешь и не думай о деньгах
25. Пиши ясно и люди будут знать, что ты честен с ними
26. Просто напиши самое честное предложение, которое знаешь
27. Помни – никто по-настоящему не знает или не понимает секрет

Оригинал

Перевод — мой

Буквы на привязи. Избавляемся от творческого застоя.

Позавчера у меня был странный вечер. Чтобы написать очередную порцию текста, я направился в один замечательный киевский коворкинг. Кофе был выпит, куча дел сделано, необходимая мне музыка была проиграна дважды. Ни одна буква так и не материализовалась.

Появилась уверенность, что нужно просто сменить локацию. Таким образом я попал в замечательный киевский бар, где мне предложили замечательное виски со льдом. “Сейчас попрёт!” – подумал я, и уже начал поглядывать на сумку, где медленно разряжалась батарея моего главного орудия труда и досуга. Но время шло, виски перебрался из стакана в желудок, а буквы никак не хотели покидать пределы моего организма. “Черт возьми.” – устало вздохнул я и побрел домой. Там я намеревался закончить то, что нужно было закончить. Пункт “Everyday blog post” в расписании горел адским пламенем. Но, после всех мытарств, был безжалостно удален и я с грязной совестью оправился спать.

Вчера я целый день ждал удобного момента, чтобы написать хоть что-то. И даже в тот момент, когда я набрался смелости открыть текстовый редактор, я понятия не имел, о чем я буду писать. Поэтому решил писать о насущной проблеме многих начинающих и не очень графоманов. Об отсутствии вдохновения и тотальной непрухе.

Пока что я ненастоящий сварщик. Пишу только для своего удовольствия, не зарабатывая на этом ни копейки. Поэтому могу позволить себе некоторое попустительство. Мотивация работает лишь до той поры, пока в голове не обнаружится пустошь размером с Мексику. В то время, как там должен быть оазис с деревьями, на которых растут буквы и слова, а предложения валяются с ними рядом, только руку протяни. Мотивация работает, пока не начинаешь сваливаться на бок от недостатка запасного мозга. Чтобы один для работы, а второй – для всяких извращений, как писательство, например. И, повторюсь, я не написал ни единой буквы за деньги. Поэтому искренне сочувствую бедолагам, которые вливают в себя водку вместе с порошковыми добавками в надежде на милость Каллиопы, Эвтерпы или Мельпомены и Талии. Зависит от личных пристрастий и степени сумасшествия.

Что предпринять, когда надо, а совсем не пишется?

Тут целое поле непаханое для фантазий. И, прошу заметить, не всегда нужно бежать в гастроном за горючим.

В разные времена писатели и поэты шли на самые умопомрачительные изыски, чтобы заставить написать великие тексты. Открываем интернеты и читаем:

“Лев Толстой во время работы был букой. Вставал поздно, часам к девяти, ни с кем не разговаривал, пока не умоется, не переоденется и не причешет бороду. Завтракал кофе и парой яиц всмятку и запирался до обеда в кабинете. Иногда там тише мыши сидела жена его Софья на случай, если придется переписать от руки пару глав «Войны и мира» или выслушать очередную порцию сочинения. Перед обедом Толстой отправлялся на прогулку. Если возвращался в хорошем настроении, мог делиться впечатлениями или заниматься с детьми. Если нет, читал книги, раскладывал пасьянс и беседовал с гостями.”

Сейчас многие похожи на Толстого по качеству бороды, но, к сожалению, не всегда борода добавляет ума. Поэтому остается вставать поздно, глушить кофе и гулять. Да, беседовать тоже полезно. Можно рассказать о том, какой гениальный текст вы собираетесь написать. Начните рассказывать о разных сценах, о персонажах, набросайте пролог, благодарственное слово, развязку. Подумайте о премиях и длиннющем лимузине. О деньгах и вилле на островах. Всего этого у вас, естественно, не будет. Пока не прекратите трепаться. Беседа и пустой треп находятся на расстоянии вытянутой руки. Не перепутайте!

Я сам большой любитель гулять. Включаю музыку, надеваю задумчивость, загадочность, удобную обувь и просто иду по Киеву. Очень помогает подумать, развеяться, погрузиться в дыхание города, вечернею прохладу и прочие клише, которых стоит избегать во время обдумывания очередного гениального текста.

Если не любите гулять и вообще страдаете (или нет) неприязнью к посторонним людям, то впору закрыться в комнате, предварительно обустроив необходимые для функционирования организма места. Закрыться, пока текст не начнет медленно (или быстро) покидать голову и оседать на страницах. Я ничего не могу сказать по поводу эффективности данного метода. Не запирался.

Сальвадор Дали делал проще. Садился в кресло, брал в руку ложку, возле кресла ставил тарелку. Засыпал. Когда тело расслаблялось, ложка падала, Дали просыпался и фиксировал все, что осталось в голове в этот момент. Как по мне, весьма эффективно. Об этом методе не написал еще только ленивый, так что стоит задуматься. Сегодня, к примеру, я записал отрывок сна практически таким же способом. Правда вместо ложки у меня был будильник. Вообще, советую чаще обращать внимание на сны. Там показывают потрясающие по своей парадоксальности сюжеты, которые потом волшебным образом превращаются в хорошие тексты.

Меня впечатлил подход к решению проблемы вдохновения и поиска смыслов вот этой особы:

“Жан-Поль Сартр работал три часа утром и три часа вечером. Остальное время занимала светская жизнь, обеды и ужины, выпивка с друзьями и подругами, табак и наркотики. Этот режим довел философа до нервного истощения. Вместо того чтобы отдохнуть, Сартр подсел на коридран, смесь амфетамина и аспирина, легальную до 1971 года. Вместо обычной дозировки по таблетке дважды в день Сартр принимал двадцать штук. Первую запивал крепким кофе, остальные медленно жевал во время работы. Одна таблетка — одна страничка «Критики диалектического разума». По свидетельствам биографа, в ежедневное меню Сартра входили две пачки сигарет, несколько трубок черного табака, более литра алкоголя, включая водку и виски, 200 миллиграммов амфетамина, барбитураты, чай, кофе и жирная пища.”

Практически “Страх и ненависть в Лас-Вегасе”. Томпсон, кстати, тоже был заядлым коллекционером веществ. Но не берите пример этих несчастных. Лучше быть веганом, бегать марафоны, заниматься йогой и медитировать. Писать о философских категориях не выйдет, зато можно промышлять копирайтингом и выдавать в режиме конвейера тексты о полезности йогурта и необходимости существования палок для селфи, простигосподи.

Секретный метод

Я им не пользуюсь и зря. Печалюсь по этому поводу, но не могу вместить еще и это. Фрирайтинг. Таймер, лист бумаги, ручка. Почитать об этом можно в книге “Путь художника” и вот здесь. Обязательное условие – писать от руки. На бумаге. Гарантирую нечеловеческие боли в запястье, если писали последний раз при царе Горохе. Пишите каждый день, изливайте все, что творится в голове, отвечайте на неудобные вопросы. Полная свобода! Это вам не “Война и мир”.

Что еще можно советовать при запоре мыслей и буквенной импотенции? Сменить обстановку, послушать плохую музыку, сходить на дурацкий фильм. Отчебучить нечто сумасбродное. Сбрить бороду, которую отращивали пару лет. Знаю, для женщин не подойдет. Им я рекомендую красить волосы в рыжий и идти покупать метлу. Для завершения образа. Потом, как у Булгакова, измазаться волшебным кремом, раздеться и улететь на шабаш. Если на любом из шагов загремите в лечебницу – радуйтесь и начинайте звонить чекистам. Может они подкинут свежих идей.

Таким образом, чтобы увеличить полезность текста и посещаемость блога, сделаю небольшой вывод.

Делайте это и будете писать, как бог:

  • гуляйте
  • читайте
  • слушайте хорошую музыку
  • слушайте очень плохую музыку
  • читайте поэзию
  • посещайте выставки
  • общайтесь с людьми
  • сократите количество мусора, в первую очередь, интеллектуального
  • смотрите на звезды и закат
  • спите
  • записывайте сны
  • смотрите фильмы, лучше хорошие, чтобы не тратить время на плохие
  • пейте чай, кофе, молоко, виски, водку и много воды
  • питайтесь вкусно и полезно
  • занимайтесь физическими упражнениями
  • медитируйте
  • ограничивайте себя в плохих мыслях
  • не читайте советских газет
  • заведите себе вымышленного друга
  • добавьте несколько настоящих друзей
  • женитесь (особенно полезно, если вы женщина)
  • посетите одно мерзкое событие, от которого будет неделю тошнить и опишите его в самых радужных тонах
  • рисуйте каракули и придумывайте для них истории
  • отключитесь от интернета на неделю, месяц, год
  • пишите один месяц только глупости
  • признавайтесь в любви продуктам в холодильнике. Минимум по 20 минут.
  • запишитесь на прием к психиатру и расскажите, что признаетесь в любви продуктам из холодильника
  • бегайте от тщетности бытия
  • пляшите, как Мери Поппинс
  • прыгайте от радости, что вы не камень в лесу
  • дополните этот список двадцатью пунктами

Если у вас останется время и силы для писательства, то получится нечто великое.

Или не получится.

Музы ведь те ещё стервы.

Непреодолимое желание жить

 

Солнце встаёт и с первыми его лучами открывается портал в новый день. Конечно, можно поспорить, что он уже открыт после полуночи, но это всё неправда и происки Матрицы. Я знаю правду. Новый день рождается ровно тогда, когда солнце приходит из-за горизонта, чтобы посмотреть на каждого из нас. Чтобы согреть нас теплом своих термоядерных реакций и отголосками гигантских протуберанцев, искупав в потоках нейтрино и заряженных частиц, разбившись о магнитное поле северными сияниями. Чтобы показать нам новый мир, ведь старый уже пожрали лангольеры. Чтобы мы наконец-то открыли глаза и вернулись из владений Морфея, окунулись в реальность, хотя что такое реальность?

Даже когда тучи скрывают все великолепие нашего светила, ощущаешь в минуты неспешных прозрений очень странное, почти прозрачное. Такое неуловимое, но совершенно сногсшибательное. Ощущение полета и невесомости. Когда улыбка появляется сама собой. Когда звуки музыки, которая звучит в наушниках, обволакивают разум и все вокруг начинает петь. Когда в голове роятся идеи и хочется безумно любить, радоваться и сочинять.

Я называю это невыносимой радостью бытия. 

В такие моменты я вспоминаю мою любимую метафору. “Есть жизнь большой ложкой”. Да, именно так и проживаешь, пролетаешь день за днем вместе с жарким летнем солнцем, с рыжими осенними листьями, молочными туманами и затяжными дождями, первым инеем, первыми снежинками, первым снеговиком, первыми весенними ручейками талой воды, первыми нежно-салатовыми листьями, громогласными ливнями да сумасшествием гормонов, первым загаром, первыми пляжными днями. Ешь жизнь и запиваешь её вином бессонных ночей, закусываешь страстью и нежностью поцелуев и объятий, а вместо специй – щепотка горечи ошибок и поражений да сладость побед и достижений.

Жить, лететь, оседлав дракона и смеяться, и побеждать, и возноситься до самых высоких вершин. Чтобы отпустить дракона, прыгнуть в пустоту и, пролетев несколько жизней по воле великого колеса Сансары, самому стать драконом. В иной реальности, в иной сказке. Дождаться, покуда отрубят вам голову и снова пуститься в бесконечный пляс перерождений, чтобы однажды утром, когда солнце только-только соберется показаться из-за горизонта, когда небо пылает, когда птицы встречают новый день, а ваша любимая так нежно посапывает и переворачивается на бок, а сын видит во сне что-то необъяснимо прекрасное, судя по его улыбке, открыть глаза и ощутить то, что чувствую я сейчас.

Непреодолимое желание жить и совершенно невыносимую радость бытия.

Фотография — joelbear

Буквенный кризис

…Бывает такое, что в голове творится невообразимая белиберда. В такие моменты всеми силами стараешься успокоить безумный поток мыслей и оседлать свой ум. Признаюсь честно, не всегда получается сделать это, несмотря на знания и опыт. Несмотря на практику дзэн. Не смотря на разные хитрости. Мысли бушуют ураганом, плывут тучами, налетают, словно стая птиц. В такие моменты я не пишу.

В последнее время я использую два инструмента для управления потоком мыслей. В первую очередь, это дневник. Я писал о том, что планирую переехать на бумагу. Пока что этого не случилось, так как я банально ленюсь. И вот с ленью я борюсь с помощью фрирайтинга. Вот тут я использую тетрадь формата А4. Пишу время от времени по одному листу в день. Не без усилий.

Вообще мне кажется, что такие состояния ума — когда внутри роятся бессвязные мысли и никак их не остановить — легче переносятся, когда делаешь что-то руками. Концентрации на деятельности помогает прийти в итоге к каким-то осмысленным идеям, о которых в итоге пишешь. А вот креативные марафоны в моем случае не работают. Из двух одно — или я еще не дорос, или это просто не мое. Я не могу заставить себя каждый день писать о чем-то. Я вижу в этом некое подобие графоманства, хотя, повторюсь, это мой частный случай. Завидую тем, кто может легко писать о чем-то каждый день. Может просто нужно больше рефлексии?

Сейчас я нахожусь в постоянных поисках возможности писать больше — это одна из моих целей. Но порой реальность направляет мою энергию в совершенно иное русло. Ведь кроме писательства у меня есть семья и работа, какие-то мои увлечения, духовная практика. Что говорить — порой просто хочется ничего не делать. Я вижу только одно решение — очень жесткое планирование. И тут на помощь приходит Яна Франк, которая вдохновляет меня на порядок больше, чем Дэвид Аллен. У нее все такое уютно-домашнее и после чтения ее текстов хочется писать и заниматься креативными вещами.

А меж тем буквы все время носятся перед глазами, бегают на кончиках пальцев, норовят собраться в предложения и абзацы. Но суетливый ум все время пресекает эти попытки. Наверное, для начала все же нужно успокоить его, а уж потом делать, делать, делать…

Буквы на экране

Я некоторое время писал короткие заметки в тумблер (в который раз создал блог там), но постоянно чувствовал какой-то дискомфорт. Сегодня окончательно понял, почему возникло такое чувство. Как я уже говорил в этой записи, нужно порой одергивать себя и относиться к блоггингу проще, даже если писать о ядерной физике и черных дырах. В этой записи я говорил о контенте. А о проблемах с вдохновением, особенно для больших записей, я вот такое выдал:

Что я думаю о проблемах с писательством? Что это все надуманная жалкая фигня. В наших головах миллион мыслей, тысячи слов. Их можно с легкостью сложить в предложения, в тексты. Нужно только сделать это — начать писать.

Писательство — как прогулка или большое путешествие. Нужно только начать, только выйти на дорогу и сделать первые шаги. А дальше ноги сами будут нести тебя вперед, к новым горизонтам. В писательстве (равно как и в любом другом виде творчества) важен старт.

Страх будет преследовать тебя до момента старта. Как только ты прыгнешь с обрыва, страха больше не будет. Только полет.

Нужно просто нажать на любую буквы. А дальше придумать продолжение. Все просто.

Да, просто. А когда я задумываю в последнее время очередную запись в Журнале (подобное чудо, как вы заметили, происходит все реже), то сразу же вспоминаю о том, чтобы попасть в хотя бы три тысячи знаков и это так, тьху! Признаюсь честно — подобные мысли чертовски отвлекают от творчества. А социальные сети, подписка, статистика — черт возьми, нафига об этом думать, когда просто хочешь что-то сказать?! Хотя бы подобный бред о «писательских блоках» и легкости.

Писать надо легко. Любую платформу воспринимать, как инструмент и не думать о социальном бекграунде — это банальные вещи, но я сам попал в ловушку образов и скрытых смыслов. На Журнал я начал смотреть слишком серьезно, как если бы тетрадь для дневника начал декорировать золотом и камнями, а писать — исключительно «паркером» с золотым пером.

Не надо ничего выдумывать — если быть честным перед собой, то темы для блога (для эссе, статьи, книги) всегда найдутся. Когда не о чем писать, а писать хочется — надо искать причину в своей голове. Я нашел. Теперь, надеюсь, все будет легко и просто. Ведь блог — это виртуальная тетрадь с буквами на экране. И ничего более.

PS. А записи, которые были сделаны в других местах перекочуют сюда под тегом «фрирайтинг».